Интересное

Из маргиналов в суперзвезд: взлет популярности скейтбординга

Из маргинального спорта скейтбординг в Южной Калифорнии превратился во влиятельное течение, меняющее культуру и облик городов.

Солнечный понедельник Венис-Бич. Высокий парень в футболке и мешковатых штанах перепрыгивает через ограду скейтпарка, бросает доску на бетон, становится на нее левой ногой и, все сильнее отталкиваясь правой, скользит по периметру парка, набирая скорость. Он съезжает в одну из глубоких чаш и взмывает над противоположным краем. Подъехав к платформе, скейтер запрыгивает на нее, одновременно вращая доску по кругу; он повторяет этот трюк, спрыгивая с противоположного конца платформы на асфальт.

Парня зовут Шон Дэвис, и с восьми лет он воспринимает себя в первую очередь как скейтбордиста. Родом из Нейпервилла в штате Иллинойс, в прошлом году Шон перебрался в Лос-Анджелес, где ночевал то по друзьям, то в машине – лишь бы жить в Южной Калифорнии, где зародился его любимый вид спорта.

Некогда бывший дворовым увлечением, в 1950-х скейтбординг начал набирать популярность среди калифорнийских серферов, а теперь распространился по всему миру. Захлестнул Шанхай, Сан-Паулу, Хельсинки и даже Кабул. У скейтеров есть все, что положено серьезному увлечению: собственный словарь (трюки они называют фэйки, верт, кикфлип, олли), отцы-основатели (Тони Альва, Стив Кабальеро и Тони Хоук), авторитетное издание (журнал Thrasher, выходящий в Сан-Франциско), программный документальный фильм (картина 2001 года «Парни на скейтах», в оригинале Dogtown and Z-Boys, снятый легендарным скейтером Стэйси Перальтой и озвученный Шоном Пенном), а также энтузиасты-любители среди знаменитостей (Джастин Бибер, Рианна, Лил Уэйн, Майли Сайрус). Оушен Хауэлл, в прошлом профессиональный скейтер, а теперь профессор истории, говорит, что скейтеры, «некогда бывшие головной болью ландшафтных архитекторов, градостроителей и владельцев недвижимости, стали неофициальными консультантами в сфере городского планирования и дизайна».

Ну и, наконец, высшее признание (и осознанная потребность привлекать молодую аудиторию): МОК планирует включить в следующие Олимпийские игры новые дисциплины – стрит и парк, мужской и женский. Стрит-скейтбординг практикуют на улицах с лестницами, перилами, бордюрами и другими элементами городского ландшафта; парк – в сложносочиненных скейтпарках с изогнутыми чашами и углублениями.

Культовое место для скейтеров всего мира, магазин Rip City Skates в Санта-Монике, продает снаряжение с 1978 года. «Частенько ребята прямо с самолета едут сюда – еще до того, как заселятся в гостиницу», – говорит совладелец лавки Джим Макдауэлл (на фотографии).

Хотя сегодня скейтбординг триумфально шествует по миру, его центром остается Южная Калифорния, где он и зародился. Вся история штата, от золотоискателей до предпринимателей из сферы высоких технологий, являет собой постоянный подрыв и переосмысление устоев.

Картина, которую ежедневно можно наблюдать в скейтпарке Венис-Бич, обманчиво эксцентрична и на первый взгляд как нельзя лучше сочетается с любительским бейсболом и теннисом, в которые играют по соседству. На самом деле у скейтеров больше общего с бодибилдерами ушедшей эпохи, такими как Рег Льюис и Дейв Дрейпер, которые воплощали в себе калифорнийский образ жизни и демонстрировали характерную для штата расслабленную целеустремленность. Как пляжные качки стремились трансформировать человеческое тело, так скейтеры на юге Калифорнии полны решимости переосмыслить способы перемещения по городу.

Один из переосмысливающих – профессиональный скейтер Себастьян «Себо» Уокер 32 лет. Чтобы иметь возможность оттачивать мастерство в скейтпарках Южной Калифорнии, больше десяти лет назад он переехал сюда из Сейлема (штат Орегон) и четыре года спал в своем микроавтобусе. «Тут каждый день солнце, повсюду крутые скейтеры – этот образ жизни, прославленный на весь мир, мир, о котором я слышал в детстве, вполне соответствует реальности».

Расслабленная здешняя атмосфера приобрела фешенебельный лоск, когда Венис-Бич стал популярным туристическим направлением. Толпы отдыхающих теперь соперничают с местными за столики в известных ресторанах. Но впечатления от Венис-Бич не были бы полноценными без скейтеров.

Скейтпарк в полной мере воплощает идиллический шарм Венис-Бич с его пальмами, огненными закатами и антуражем еще не до конца облагороженного пляжа. Здесь полно народу: маленькие дети с нависающими над ними родителями, восходящие звезды вроде Шона Дэвиса, парочка залетных высокооплачиваемых профессионалов и любители-подростки, которые нашли в скейтбординге тот способ креативного самовыражения, какого более традиционные виды спорта предложить им не в силах.

С момента зарождения скейтбординга в среде южнокалифорнийских серферов скейтеры всегда уважали индивидуальный стиль. На Венис-Бич молодежь собирается вместе, чтобы продемонстрировать друг другу и модные наряды, и фристайл-трюки на досках.

Впрочем, так было не всегда: скейтпарку «Венис», например, едва исполнилось десять лет. Парк «Бухта» (The Cove) в Санта-Монике построили в 2005 году, а Мекка скейтеров западного Лос-Анджелеса, парк «Стоунер», открылся в 2010-м.

Скейтпарки Южной Калифорнии, оказывающие влияние на публичные пространства по всему миру, изначально сами копировали минималистичные городские магистрали. Сегодня они воссоздают традиции хулиганского скейтбординга как способа переосмыслить степенный и солидный городской ландшафт. Лестницы, парковые скамейки, поручни – это все поверхности для катания. «Суть скейтбординга в том, чтобы проверять правила на прочность, – объясняет Стив Альба, остающийся легендой скейтборда добрых четыре десятка лет. – Это менталитет “кто не с нами, тот против нас”».

Первой волной скейтеров стали Z-Boys, названные так в честь серферного магазина Zephyr в Санта-Монике, куда они часто наведывались. Сальбе, как его прозвали, сократив имя и фамилию, сейчас 57, и он представляет вторую волну. Сальба приложил руку к популяризации верта, или вертикального катания, в 1970-х, когда из-за сильной засухи жители Южной Калифорнии не смогли наполнить свои бассейны.

Глубокие чаши современных специализированных скейтпарков отсылают к частным бассейнам, в которые Сальба прокрадывался со своей компанией, чтобы проделывать головокружительные трюки и взмывать куда-то к небесам, повторяя кульбиты до тех по, пока не приедет полиция.

Однажды зимним утром у резиденции в округе Сан-Бернардино я стал свидетелем того, как Сальба с полудюжиной более юных скейтеров оттачивают мастерство в осушенном бассейне с разрешения владельца. Двое из компании – суперзвезды: Оскар «Оски» Розенберг, 23-летний тайфун из Швеции, признанный одним из самых изобретательных скейтеров в мире; и 22-летний Тристан Ренни, уроженец этого округа, одаренный сверхчеловеческим спокойствием.

Словно растрепанные гладиаторы на колесах где-то на задворках Колизея, они отмечают трюки друг друга хоровым «Отпад, чувак!» и «Топчик, бро!». Сальба слетает в бассейн вместе с ними. Он носит шлем – всегда красный – и леопардовые щитки на локтях и коленях, а еще отличается заметно меньшей прыткостью. Тем не менее юные скейтеры смотрят на Сальбу с благоговением. Сальба преуспел благодаря разнообразным спонсорам, менторам, продажам видео и контрактам с брендами одежды, не говоря уже о его непрекращающейся деятельности в так называемых Badlands (бассейнах) округов Лос-Анджелес и Сан-Бернардино. Он сумел выполнить одни из самых сложных трюков и сделал на этом карьеру.

«Здорово, что новое поколение все же оглядывается на старые традиции, – говорит ветеран. – Возьмите хотя бы Оски. В Швеции в бассейнах особо не покатаешься… Но в этом весь скейтбординг – не прогибаться под обстоятельства, а делать то, что нужно».

Хосе А. Рэндон шлифует рампу в Венис-Бич, где мечты о славе могут привести к профессиональным соревнованиям и корпоративным спонсорам. Но, как говорит Джим Макдауэлл из Rip City Skates, «настоящие скейтеры в гробу видали все это, они просто хотят кататься».

Шон Дэвис знает о борьбе с обстоятельствами все. Он работает официантом в стейк-хаусе в Санта-Монике, куда по утрам ездит на своей доске из скейтпарка Венис-Бич и откуда днем после смены возвращается обратно в парк. Как стемнеет, Дэвис включает компьютер и постит видео своих последних фишек – добродушный парень со Среднего Запада, летящий на куске дерева прямо в пасть заходящему солнцу. Ночью Шон выдумывает новые трюки. По утрам прыгает на скакалке, упражняется с весами и занимается йогой. Затем отправляется в магазин, который специализируется на товарах из конопли, – за лосьоном, облегчающим боль, постоянную спутницу спорта. Он ломал щиколотку, локоть, запястье, палец, большой палец, палец на ноге и отношения с девушкой, которая переехала вместе с ним в Калифорнию из Иллинойса.

Он посвятил себя спорту без остатка. У Дэвиса уже появилось несколько спонсоров, включая Nike, но в основном он получает лишь бесплатное снаряжение. Шон мечтает стать профессионалом и зарабатывать скейтбордингом на жизнь, а может, даже основать тематическую линию одежды. Но пока Дэвис сосредоточен на одной задаче: «Воплотить детскую мечту и увидеть свое имя на доске».

Фантазия не столь уж безумна. Полулегальная природа этого спорта тормозит его мощный коммерческий потенциал, который начал реализовываться с выходом первой из нескольких тематических видеоигр Тони Хоука.

Олимпийский статус придал спорту легитимность, которая в каком-то смысле кажется неуместной. Главный вопрос: как – при том что скейтбординг превыше всего ставит индивидуальность – участники соревнований будут подчиняться всеобщим олимпийским правилам, требующим единообразия?

«Есть много противоречий, – признает Сальба. – Лично я считаю, что попасть в программу Олимпийских игр – это здорово. При этом нужно понимать, что Олимпийские игры нуждаются в скейтбординге больше, чем скейтеры – в Олимпийских играх».

В двух часах езды на юг от Венис-Бич на берегу океана расположен городок Энсинитас. Там я и нашел 16-летнюю Брайс Уэтстайн: на заднем дворе дома она уверенно скользила по изгибам своей личной рампы, прозванной «Чашей игуаны», в честь любимого усопшего питомца семьи.

Уэтстайн производит впечатление типичного подростка: хихикает, косноязычна, немного неуклюжа. Но на доске, неважно, в Тихом океане или на бетоне, она всемогуща. С пяти лет Брайс катается на серфе и скейтборде, а к восьми начала соревноваться в обеих дисциплинах, поскольку не могла выбрать, какая ей нравится больше. Но года три назад она выбрала все же скейтборд.

В 2019-м она прославилась, завоевав титул чемпионки США среди женщин в скейтбординге парк-формата. Уэтстайн – женственное исключение в спорте, который изначально развивался на тестостероновых амбициях. Сложившаяся ситуация представляет для женщин как возможности, так и сложности.

«Среди мужчин талантов море, поэтому каждому отдельно взятому парню сложно подняться наверх, прорваться, – рассказывает агент Уэтстайн, Юлин Олливер. – Впрочем, спонсорские отчисления и гонорары за соревнования, предлагаемые женщинам, настолько малы, что сложно на них нормально прожить». Уэтстайн надеется квалифицироваться на Олимпийские игры.

Впрочем, и олимпийскими амбициями дело не ограничивается: скейтеры Южной Калифорнии – это архитекторы на колесах, которые постоянно переосмысливают ландшафт своих выбеленных солнцем городов. Наблюдать за тем, как они практикуют теперь уже олимпийский вид спорта на Венис-Бич – каждый со своими грайндами и кикфлипами – все равно что любоваться вечными тихоокеанскими волнами. Волны вне времени, как и люди, которые стремятся побороть законы Вселенной. И выглядеть при этом круто.

Венера Боттичелли предстает в образе скейтбордистки на мурале «Венис Кинезис», создан-ном Рипом Кронком в 2010 году. «Венис» – одна из нескольких работ, украшающих променад местного пляжа. На этой знаменитой полоске песка вдоль океана, протянувшейся на 2,5 километра, туристы покупают сувениры и берут напрокат доски.

Путешествовать с умом: Южная Калифорния

Венис-Бич

Некогда обшарпанный пригород, этот лос-анджелесский центр скейтбординга теперь стал культовым для всей Южной Калифорнии местом, где кипит городская жизнь. В рес-торанах и кафе вдоль бульвара Эббот-Кинни йоги и веганы отдыхают бок о бок с технарями «Кремниевого берега» и голливудскими суперзвездами.

Санта-Моника

Северный сосед Венис не готов угомониться ни днем, ни ночью. Жизнь в темное время суток тут, кажется, не менее насыщенная, чем в светлое. Сети магазинов, рестораны и бары выстроились вдоль пешеходного променада на Третьей улице. Пирс Санта-Моники привлекает множество людей атмосферой карнавала и уникальным колесом обозрения, работающим на солнечной энергии.

Энсинистас

Всего два часа езды от Лос-Анджелеса отделяют путешественников от этого зажиточного прибрежного города на севере Сан-Диего. Прежде известный как центр разведения молочая, Энсинитас и сегодня гордится множеством садов, где приятно погулять. Но в наши дни основной достопримечательностью стали окруженные скалами пляжи с названиями в стиле «пляж Свами» или «Муниципальный пляж Лунный свет».

Источник

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.

Кнопка «Наверх»
Закрыть
Закрыть